3 мая 2006 г.

Борьба за Стабфонд еще впереди

На прошлой неделе премьер-министр подписал постановление Правительства №229, которое определяет, на что можно тратить деньги Стабилизационного фонда. По мнению доктора экономических наук, члена думской фракции "Единая Россия" Владимира Тарачева, чем больше размер Стабфонда, тем более остро будет вставать вопрос о его рациональном расходовании.

Правительство приняло постановление о порядке управления средствами Стабфонда. Насколько оправдано размещение средств в валюте и гособлигациях?

Постановление, наконец, вышло в свет, однако, на мой взгляд, инструменты размещения средств Стабфонда, предложенные Правительством, носят чересчур консервативный характер. Конечно, стремление обеспечить наивысшую степень сохранности накопленных средств вполне оправдано, вместе с тем, доход, который могут принести предложенные способы размещения, минимален.

Итак, Правительство предложило два варианта управления средствами Стабилизационного фонда: во-первых, путем приобретения за счет средств фонда иностранной валюты и ее размещения на счетах в ЦБ. В этом случае, Банк России будет выплачивать оговоренный в специальном договоре процент за пользование указанными средствами. Второй вариант – покупка долговых обязательств иностранных государств.

Оправдано ли такое решение? На мой взгляд, принятое постановление не обеспечивает преумножения накопленных в Стабфонде средств и, тем более, их эффективного использования. Так что следующим этапом реформирования может стать принятие законопроекта о вложении средств Стабфонда в корпоративные ценные бумаги.

Как будет приниматься конкретное решение по вложениям в определенные валюты и определенные бумаги?

Конкретные решения будет принимать Минфин России. Что касается валюты, то в самом Постановлении Правительство установило, что средства Стабфонда могут расходоваться исключительно на приобретение долларов США, евро и английских фунтов. С ценными бумагами дела обстоят также достаточно жестко. В перечне требований к долговым обязательствам иностранных государств, утвержденном тем же Постановлением Правительства, установлен исчерпывающий список государств, обязательства которых можно приобретать (всего 14 стран). Кроме того, устанавливаются требования в отношении надежности ценных бумаг, а именно, обязательное наличие высшего рейтинга (AAA) по версии как минимум двух из трех признанных международных рейтинговых агентств (Фитч, Стандарт энд Пурс или Мудис).

Долговые обязательства могут быть номинированы исключительно в трех указанных выше валютах, должны эмитироваться на фиксированный срок и объем их выпуска должен составлять не менее 1 млрд. долларов или евро, либо полмиллиарда фунтов стерлингов. Кроме того, выпуски долговых обязательств должны предназначаться исключительно для публичного (государственного) размещения.

Также следует отметить, что в Постановлении зафиксирована обязанность Минфина предоставлять в Правительство ежеквартальные и годовые отчеты об использовании средств Стабфонда.

Считаете ли Вы, что борьба за деньги Стабфонда в связи с принятием этого постановления окончена? Если нет, то как она будет развиваться?

Безусловно, говорить об окончательном решении проблемы пока не приходится. Это лишь первый шаг. Если рыночная конъюнктура, особенно на нефтяных рынках, сохранит существующую динамику, то уже через несколько лет в Стабфонде будет накоплен огромный запас средств. Напомню, что уже на 1 апреля его размер составил 1,677 млрд. рублей.

Немаловажное значение играет и общественное мнение. Избиратели желают знать – зачем нам такой Стабфонд и почему нельзя напрямую использовать накопленные деньги на благо общества? Ответ давно и хорошо известен – неконтролируемый выброс денег в экономику неизбежно приведет к росту инфляции.

Вместе с тем, упрямо копить деньги до бесконечности также недопустимо, ведь, находясь без движения, этот запас будет обесцениваться в силу той же инфляции. По некоторым оценкам, потери Стабфонда могут составить до 500 млн. долларов в год.

Кроме того, чем больше размер Стабфонда, тем более остро будет вставать вопрос о его рациональном расходовании. Так что не сейчас, так через год-другой мы к этой теме непременно вернемся. Если же говорить о конкретных предложениях, то, на мой взгляд, до четверти фонда можно было бы направить на решение таких государственных проблем, как дорожное строительство, развитие инфраструктуры стратегически важных отраслей производства, здравоохранения и ЖКХ, а также реализацию приоритетных программ в сфере высоких технологий. Такое точечное вложение средств без выброса наличных денег в обращение, могло бы с одной стороны смягчить отношение граждан, а с другой послужить на благо общества и государства, при этом минимизировав инфляционные процессы.

Согласно недавнему опросу Аналитического центра Юрия Левады, около половины россиян считают, что деньги Стабфонда надо направить на развитие образования, здравоохранения, науки и культуры; около трети – на зарплаты бюджетникам; 25% - на реформу и модернизацию ЖКХ. Таким образом, в лучшем случае можно говорить о непонимании различий в назначении Стабфонда и инвестиционного фонда, а в худшем - о непонимании принципиальной необходимости существования Стабфонда. Ваше мнение по этому поводу?

Как я уже сказал, возможный неконтролируемый рост инфляция не позволяет выбросить средства Стабфонда на рынок, т.е. в открытое обращение. Что же касается назначения Стабфонда, то его основная задача – сглаживать колебания мировых цен на энергоносители, например, в случае резкого падения цен на нефть, для предотвращения дефицита бюджета. Кроме того, средства Стабфонда могут использоваться для погашения международного долга.

Вместе с тем, еще раз подчеркну, что до бесконечности раздувать фонд смысла нет, и в обозримом будущем, скорее всего, потребуется изменение или дополнение его функционального назначения. Например, по опыту ряда зарубежных стран, можно было бы выделить в его составе фонд будущих поколений или направить определенную часть его средств на реализацию специализированных инвестиционных программ по упомянутым мной направлениям. Безусловно, в этом случае произойдет своеобразное сращивание функций стабилизационного и инвестиционного фондов, но я не вижу в этом ничего плохого.